В предыдущих публикациях «Как физика низких орбит влияет на производство электроники» и «Электроника для низкоорбитальных спутников» мы подробно рассмотрели вопросы, связанные с особенностями изготовления и функционирования электроники для космических применений, а также разобрали, какие бывают виды спутников и на чём основаны различия в требованиях к их бортовым электронным системам.
Эта статья будет посвящена ещё одному актуальному аспекту - свойствам сверхнизких орбит и их влиянию на процессы проектирования и производства космических аппаратов.
В последние годы всё большее внимание компаний, осуществляющих запуски спутников, привлекает диапазон высот от 120 до 300 км — так называемые сверхнизкие орбиты (VLEO, Very Low Earth Orbit). Интерес к ним обусловлен сразу несколькими факторами, хотя реализация таких проектов сопряжена с серьёзными инженерными трудностями.
Строгой границы у VLEO нет, но обычно под этим термином понимают высоты ниже 300–350 км. На таких расстояниях от Земли плотность атмосферы уже достаточно велика, чтобы оказывать заметное торможение, но при этом сохраняется возможность длительного (месяцы и годы) существования аппарата при наличии двигательной установки для коррекции орбиты [2; 11].
Преимущества сверхнизких орбит для выполнения задач, связанных с запуском спутников:
Главная проблема VLEO — аэродинамическое торможение. На высоте 200 км плотность атмосферы хоть и мала по земным меркам, но достаточна, чтобы за несколько месяцев свести с орбиты спутник без двигателя [2; 7]. Для сравнения: на 500 км аппарат может летать десятилетиями, на 300 км — годы, а на 200 км срок существования исчисляется неделями или месяцами [12].
Вторая трудность — нагрев от трения о разреженный воздух. При скорости 7,8 км/с даже очень разреженная атмосфера вызывает заметный аэродинамический нагрев поверхности. Для длительной работы требуются либо специальные теплозащитные покрытия, либо продуманная конструкция, минимизирующая лобовое сопротивление [11].
Третья проблема — атомарный кислород. На таких высотах кислород находится преимущественно в атомарной форме и обладает высокой химической активностью. Он разрушает многие полимерные материалы, включая некоторые типы пластиков и защитных покрытий, что требует тщательного подбора материалов для корпусов и внешних элементов [10].
Наконец, управление ориентацией усложняется из-за аэродинамических моментов. Разреженная атмосфера создаёт небольшие, но заметные силы, стремящиеся развернуть аппарат определённым образом. Это приходится компенсировать работой двигателей или маховиков, расходуя энергию и ресурс системы управления [7].
Тема VLEO активно исследуется в России. В январе 2026 года «Московский комсомолец» сообщил о разработке учёными МГУ решений для полётов на ультранизких орбитах (120–250 км). Речь идёт об электрореактивных двигателях малой тяги, способных компенсировать атмосферное торможение, и о специальных покрытиях, защищающих аппараты от атомарного кислорода [2].
Интерес к этому диапазону высот проявляют и другие организации. В Самарском университете ведутся работы по расчёту тепловых режимов аппаратов, работающих в условиях VLEO, и по выбору оптимальных материалов для печатных плат и корпусов [7; 10].
В поручениях президента по развитию космической отрасли, озвученных в 2025 году, также упоминается необходимость освоения сверхнизких орбит в рамках программы «Сфера» [4; 9]. Хотя конкретные сроки и проекты пока не разглашаются, направление признано перспективным.
Наибольший опыт в создании аппаратов для VLEO накоплен в Европе. Ещё в конце 2000‑х годов ЕКА (Европейское космическое агентство) запустило проект GOCE (Gravity Field and Steady-State Ocean Circulation Explorer). Этот спутник проработал на высоте около 260 км более четырёх лет, имея ионный двигатель, постоянно компенсировавший торможение [11].
В последние годы интерес к VLEO проявляют и коммерческие компании. Проекты разведки полезных ископаемых, мониторинга чрезвычайных ситуаций, высокодетальной съёмки — потенциальные заказчики таких аппаратов. Появляются стартапы, предлагающие платформы для работы на высотах 200–300 км с длительным сроком активного существования [8; 11].
Если аппараты будут регулярно летать на сверхнизких орбитах, требования к электронике могут несколько измениться. С одной стороны, радиационная нагрузка на таких высотах меньше, чем на 500 км и выше, поскольку они лежат ниже радиационных поясов и Южно-Атлантической аномалии. Это позволяет использовать не столь дорогие компоненты, что особенно важно для коммерческих проектов [13].
С другой стороны, аэродинамический нагрев и вибрации из-за постоянно работающего двигателя создают дополнительные механические и термические нагрузки. Это должно учитываться в конструкции электронных модулей. Могут потребоваться более массивные теплоотводы, иные способы крепления плат, специальные покрытия, стойкие к атомарному кислороду [10].
Кроме того, сам факт наличия двигательной установки, работающей практически непрерывно, предъявляет специальные требования к системе электропитания. Мощные преобразователи, управление разрядом аккумуляторов, распределение энергии — всё это должно быть спроектировано с учётом длительной работы двигателя [6].
Говоря о двигателях, следует отметить, что электрореактивные двигатели малой тяги, способные компенсировать атмосферное торможение на высотах 200–250 км, являются одним из перспективных направлений, в котором активно ведутся разработки как в России, так и за рубежом. Такие двигатели требуют эффективных систем электропитания и управления, что создаёт дополнительные задачи для разработчиков силовой электроники [2; 11].
Освоение сверхнизких орбит (120–300 км) добавляет новые вызовы: аэродинамический нагрев, атомарный кислород, необходимость компенсации торможения двигателями. Безусловно, это потребует адаптации и электронных модулей, и конструктивов [2; 11], но в то же время — откроет новые возможности, такие как лучшее разрешение съёмки, меньшие требуемые мощности передатчиков, естественная утилизация после завершения миссии.
Параметр | Требование | Инженерные решения | Источники |
Радиационная стойкость | Работоспособность при накоплении дозы и защита от одиночных сбоев | Радиационно-стойкие компоненты (RH), ECC-память, троирование, локальное экранирование | [10], [13] |
Термоциклирование | Выдерживать 20–40 тыс. циклов от –150°C до +120°C | Согласование КТР материалов, пластичные припои, полиимидные и керамические подложки | [1], [7], [10] |
Вакуум и тепловыделение | Отвод тепла без конвекции, отсутствие газовыделения | Теплоотвод через плату и корпус, тепловые трубки, компаунды с низкой летучестью | [7], [10], [14] |
Вибро- и ударопрочность | Сохранение работоспособности при выведении | Надёжный монтаж BGA/QFN, заливка, виброиспытания | [12], [13] |
Ресурс без обслуживания | 5–10 лет автономной работы | Повышенные требования ко всем компонентам, резервирование, многоступенчатый контроль | [3], [8] |
Электромагнитная совместимость | Отсутствие взаимных помех бортовой аппаратуры, работа в условиях плотной компоновки | Экранирование, фильтрация по цепям питания, развязка цифровых и аналоговых земель, соблюдение рекомендаций ITU-T K.157 | [15] |
Воспроизводимость параметров | Минимальный разброс характеристик от платы к плате в серийном производстве | Контроль импеданса, стабильность диэлектрических материалов от партии к партии, управление технологическими допусками | [16] |
Нормативные требования | Соблюдение ГОСТов для ЭКБ и аппаратуры космического назначения | Входной контроль по ГОСТ 24297, испытания, верификация правильности применения компонентов | [17] |